Общественная палата Российской Федерации
Комиссия по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в СМИ
Центр правовой помощи журналистам
5.1.2. Недостоверная и заведомо ложная информация. Клевета, оскорбление

     Согласно пункту 3 Кодекса этики журналистов «журналист распространяет и комментирует только ту информацию, в достоверности которой он убежден и источник которой ему хорошо известен. Он прилагает все силы к тому, чтобы избежать нанесения ущерба кому бы то ни было ее неполнотой или неточностью, намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений.
     Журналист обязан четко проводить в своих сообщениях различие между фактами, о которых рассказывают, и тем, что составляет мнения, версии или предположения…
     Журналист рассматривает как тяжкие профессиональные преступления злонамеренное искажение фактов, клевету, получение при любых обстоятельствах платы за распространение ложной или сокрытие истинной информации...
     Убедившись в том, что он опубликовал ложный или искаженный материал, журналист обязан исправить свою ошибку, используя те же полиграфические и (или) аудиовизуальные средства, которые были применены при публикации материала. При необходимости он должен принести извинения через свой орган печати.
     Журналист отвечает собственным именем и репутацией за достоверность всякого сообщения и справедливость всякого суждения, распространенных за его подписью, под его псевдонимом или анонимно, но с его ведома и согласия. Никто не вправе запретить ему снять свою подпись под сообщением или суждением, которое было хотя бы частично искажено против его воли».
     Статья 49 Закона о СМИ вторит: «При осуществлении профессиональной деятельности журналист обязан уважать права, законные интересы, честь и достоинство граждан и организаций».
     И это не просто этическая норма, ведь, например, за клевету, т.е. умышленное распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, предусмотрена уголовная ответственность.

     Нормы ответственности.
     Клевета, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, — наказывается штрафом в размере до 120 000 рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного года, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев.
     Клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, — штрафом в размере от 100 000 до 300 000 рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет (п. 2 ст. 129 УК РФ).

     Уголовная ответственность предусмотрена и за оскорбление, т.е. унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме.

     Нормы ответственности.
     Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, наказывается штрафом в размере до 80 000 рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года (ст. 130 УК РФ).

     Защита чести, достоинства и деловой репутации, (ст. 152 ГК РФ) может происходить в порядке гражданского судопроизводства. Об этом, в частности, говорится в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц». Если действия лица, распространившего не соответствующие действительности, порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного статьей 129 УК РФ (клевета), потерпевший вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности, а также предъявить иск о защите чести и достоинства или деловой репутации в порядке гражданского судопроизводства.
     Следует лишь уточнить, что одновременное рассмотрение уголовного дела и разрешение иска по статье 152 ГК РФ недопустимо. Вместе с тем, отказ в возбуждении либо прекращении уголовного дела, вынесение приговора (как обвинительного, так и оправдательного) не препятствуют рассмотрению иска о защите чести и достоинства в порядке гражданского судопроизводства.
     Статья 152 ГК РФ говорит также о том, что каждый гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
     Что именно законодатель вкладывает в понятия «честь», «достоинство» и «репутация»? По существу они совпадают, определяя моральный статус личности, ее самооценку и положение в обществе.
     Достоинство и право на защиту своего доброго имени признаются за каждым человеком и охраняются государством как высшие ценности (ст. 2, 21, 23 Конституции РФ).
     Деловая репутация характеризует гражданина как работника, представляет собой оценку его профессиональных качеств, значимых для востребованности на рынке труда.
     Исходя из смысла указанной статьи, распространить порочащие сведения значит — сообщить их широкой аудитории, нескольким или хотя бы одному человеку. Сообщение сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, самому лицу, к которому они относятся, распространением не признается.
     «Порочащие сведения умаляют честь, достоинство и деловую репутацию гражданина в общественном мнении или мнении отдельных лиц. Объективными критериями для признания судом порочащего характера распространенных сведений служат действующие юридические нормы, принципы общечеловеческой и профессиональной морали, обычаи делового оборота.
     Порочащие утверждения о нарушениях этих норм и принципов обычно представляют собой сообщения о совершении гражданином конкретных недостойных поступков, так называемые суждения факта. От фактологических суждений следует отличать оценки (мнения, толкования). Оценка не констатирует факт, а выражает отношение человека к предмету или отдельным его признакам («хороший — плохой», «добрый — злой», «худший — лучший», «привлекательный — отталкивающий» и т.п.). Поэтому к оценкам неприменимы характеристики истинности — ложности. Вместе с тем необходимо учитывать, что помимо отчетливых описательных и оценочных суждений в языке существует широкий слой оценочных выражений с фактической ссылкой, т.е. слов, дающих определенное описание, содержащих утверждения в форме оценки («преступный», «нечестный», «лживый», «некомпетентный», «необязательный» и т.п.). Соответствие действительности таких высказываний может быть проверено, при недоказанности они подлежат опровержению. В любом случае независимо от степени конкретизации не могут признаваться порочащими политические и идеологические оценки; критические замечания по научной работе или концепции; нейтральные в этическом и деловом отношениях сведения о чертах характера, болезнях, физических недостатках»1.

     Пример.
     В газете «День» (№ 34 (114) от 29.08—04.09 1993 г.) за подписью С.Э.Ш. под рубрикой «Табло» был приведен следующий текст:
     «...Конечно, тому же уголовнику Шумейко перспектива оказаться на тюремных нарах не улыбается. Что делать? Шумейкомыш прекрасно осведомлен об отношении к нему Черномырдина (самая мягкая характеристика для Шумейко у В.С. ― «бездельник»), поэтому тактика вице-премьера прямо-таки лагерная, простая: доказать ельциноидам и Е.Б.Н., что замазаны-то все, а поэтому и держаться надо «общаком» и «своих не сдавать». Поэтому и «бочку катит» на Черномырдина под лозунгом «а сам ты — кто такой?»«.
     В связи с этой статьей Шумейко В.Ф. подал иск в суд, где указал, в чем именно сведения о нем не соответствуют действительности: он не ведет сбора компромата на Черномырдина; не является уголовником, так как в отношении его не имеется обвинительного приговора; не пользуется лагерной тактикой, а также не владеет воровским жаргоном; никогда не получал от Черномырдина характеристики «бездельник»; не имеет цели сталкивать кого-либо лбами и для него это не важно.
     Интересно для рассмотрения в данном случае слово «бездельник». Поскольку данные сведения являются оценочными, то суд рассматривал вопрос с точки зрения фактических обстоятельств: давал ли Черномырдин такую оценку Шумейко? Доказать то, что такая характеристика давалась, ответчик не смог.

     «Не подлежат опровержению оскорбительные выражения и сравнения, которые нельзя проверить на истинность. Не могут составить предмет иска по комментируемой статье претензии к форме подачи материала, стилю изложения, художественным приемам, использованным автором публикации. На доказательность могут проверяться не только утверждения, но и предположения (версии). По общему правилу предположительные высказывания не опровергаются по суду, поскольку не констатируют факты. Но в тех случаях, когда предположения (подозрения) основываются на фактах, ложность которых установлена в судебном заседании, они подлежат опровержению вместе с этими фактами, ибо придают им порочащую окраску (сами факты по отдельности, не объединенные подозрением, могут быть нейтральны в правовом и нравственном отношении). При ссылках на случаи, толки, молву необходимо доказать, что слухи действительно имели место, а источники существовали. В противном случае сведения о слухах и источниках подлежат опровержению. Для определения характера распространенных сведений судье необходимо учитывать цель и жанр публикации, контекст, в котором употреблены оспариваемые слово или фраза»2.
     По требованию заинтересованных лиц допускается защита чести и достоинства гражданина и после его смерти.
     Пункт 2 ст. 152 ГК РФ предусматривает следующее: если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого средствами массовой информации опубликованы сведения, ущемляющие его права или охраняемые законом интересы, также имеет право на опубликование своего ответа в тех же средствах массовой информации.

     Нормы ответственности.
     Если соответствующее решение суда не выполнено, суд вправе наложить на нарушителя штраф, взыскиваемый в размере и в порядке, предусмотренных процессуальным законодательством, в доход Российской Федерации. Уплата штрафа не освобождает нарушителя от обязанности выполнить предусмотренное решением суда действие (пункт 4 ст. 152 ГК РФ).

     Детально порядок опровержения прописан в статьях 43-44 Закона о СМИ. Так, гражданин или организация вправе потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном СМИ. Такое право имеют также законные представители гражданина, если сам гражданин не имеет возможности потребовать опровержения. Если редакция СМИ не располагает доказательствами того, что распространенные им сведения соответствуют действительности, она обязана опровергнуть их в том же СМИ.
     Если гражданин или организация представили текст опровержения, то распространению подлежит данный текст при условии его соответствия требованиям Закона о СМИ. Редакция радио-, телепрограммы, обязанная распространить опровержение, может предоставить гражданину или представителю организации, потребовавшему этого, возможность зачитать собственный текст и передать его в записи.
     В опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации.
     Опровержение в периодическом печатном издании должно быть набрано тем же шрифтом и помещено под заголовком «Опровержение», как правило, на том же месте полосы, что и опровергаемое сообщение или материал. По радио и телевидению опровержение должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче, что и опровергаемое сообщение или материал.
     Объем опровержения не может более чем вдвое превышать объем опровергаемого фрагмента распространенного сообщения или материала. Нельзя требовать, чтобы текст опровержения был короче одной стандартной страницы машинописного текста. Опровержение по радио и телевидению не должно занимать меньше эфирного времени, чем требуется для прочтения диктором стандартной страницы машинописного текста.
     Опровержение должно последовать:

  • в средствах массовой информации, выходящих в свет (в эфир) не реже одного раза в неделю, — в течение десяти дней со дня получения требования об опровержении или его текста;
  • в иных средствах массовой информации — в подготавливаемом или ближайшем планируемом выпуске.

     В течение месяца со дня получения требования об опровержении либо его текста редакция обязана в письменной форме уведомить заинтересованных гражданина или организацию о предполагаемом сроке распространения опровержения либо об отказе в его распространении с указанием оснований отказа.
     Также гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

     Пример3.
     Статья «Воруй, Россия!», опубликованная в газете «Русский караван» («еженедельник для вынужденных переселенцев»), повествовала о неприглядных эпизодах, связанных с приобретением жилья «видными людьми» Парфинского района. В статье, в частности, говорилось о том, что при задолженности в районе по детским пособиям в размере 40 млн. рублей глава района Виктор Чернов выделил своему заместителю Елене Харитоновой беспроцентную ссуду (на 10 лет) в сумме 50 млн. рублей на приобретение новой квартиры. При этом оговаривалось, что, поскольку по уставу района его глава «является распределителем кредитов, средств районного бюджета, в привлечении его к уголовной ответственности было отказано, ведь действовал он хоть и подло, но законно». Другой эпизод касался приобретения жилья для сына самого Чернова — на деньги, выделенные губернатором области Михаилом Прусаком (30 млн. рублей) «на улучшение жилищных условий главы района за счет средств, предусмотренных в областном бюджете на финансирование капвложений по федеральным целевым программам».
     Надо сказать, что ранее эти факты были предметом проверки районной прокуратуры, и об этом в статье говорилось так: «Следствие усмотрело в действиях главы района не признаки нарушений норм уголовного права, а дисциплинарных, морально-этических норм. Действия же губернатора не оценивали вообще, поскольку против него уголовное дело пока не возбуждали».
     Иск о защите чести, достоинства и деловой репутации, с которым Виктор Чернов обратился в городской суд, являл собой документ уникальный. Истец выступал в защиту не столько своей чести, сколько чести губернатора (вполне, кстати, дееспособного человека): «Автор статьи Галина Ярцева усмотрела в действиях упомянутых в статье лиц — Чернова В.В. и Губернатора области Прусака М.М. — противоправные моменты, обозначив их подлыми, а из Губернатора вообще сделала образ потенциального преступника, выразившись: «против него уголовное дело пока не возбуждали». Считаю, что Ярцевой грубейшим образом нарушены честь, доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни. Помимо этого оскорблены честь и достоинство Губернатора области Прусака М.М.».
     «На основании изложенного» истец просил суд обязать Ярцеву публично принести извинения. Причем, не на страницах «Русского каравана», а через областную газету «Новгородские ведомости» (учредитель — администрация области) «за высказанные личные понятия», а также взыскать с газеты «Русский караван» компенсацию морального вреда, оцененного, впрочем, в символическую сумму 800 рублей.
     Принимая решение по этому иску, суд под председательством судьи Анатолия Виюка сослался на статью 152 ГК РФ и постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 г., согласно которым порочащими считаются не соответствующие действительности сведения, которые содержат утверждения о нарушении гражданином законодательства или моральных принципов. Таковым утверждением суд признал использованный в статье эпитет «подло» («Ведь действовал он хоть и подло, но законно») и расшифровал: «Понятие подлый определяется как низкий, бесчестный». Далее был сделан вывод: «Суд исходит из того, что глава района, в соответствии с Законом Российской Федерации «О местном самоуправлении» и уставом района, распоряжается средствами района по своему усмотрению, поэтому выделение ссуды заместителю главы администрации Харитоновой при наличии задолженностей по детским пособиям, по мнению суда, нельзя расценить как подлый поступок».
     Вместе с тем суд не решился поддержать «радение» главы района за губернатора области, указав, что сведения о том, что Прусак М.М. выделил Чернову В.В. ссуду в размере 30 млн. рублей для приобретения жилья, не затрагивают чести и достоинства истца Чернова В.В.».
     В целом же суд решил удовлетворить иск в части компенсации морального вреда (800 рублей), а также, несмотря на то, что принудительное извинение не предусмотрено никаким законом, все же обязать Г. Ярцеву принести Чернову публичное извинение в следующей редакции: «Ярцева Г.В. приносит свои извинения главе Парфинского района Чернову В.В. за распространение в отношении него сведений о том, что Чернов В.В. поступил подло, выделив ссуду Харитоновой». Извинение по решению суда должно быть принесено не через «Новгородские ведомости», не имеющие к публикации никакого отношения, а через «Русский караван».

     Правила статьи 152 ГК РФ о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются и к защите деловой репутации юридического лица.

     Пример4.
     Так, в 2006 году ООО «Санрайз тур груп» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ОАО «Редакция газеты «Известия» и П. о защите деловой репутации и просило признать не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истца сведения, распространенные в газете «Известия» и на интернет-сайте по адресу: http://izvestia.ru/special/article3067039 в статье «Купить тур и умереть в раю», а также обязать газету в течение 10 дней после вступления в силу решения суда опубликовать в газете «Известия» и на интернет-сайте по адресу: http://izvestia.ru/special/article3067039 с набором тем же шрифтом и на том же месте полосы, что и статья «Купить тур и умереть в раю», текст опровержения, предложенный истцом.
     Исковые требования предъявлены на основании статьи 152 ГК РФ, статей 43, 44, 56 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» и статей 4, 33 АПК РФ и мотивированы тем, что 3 февраля 2006 г. в газете «Известия» и на интернет-сайте http://izvestia.ru/special/article3067039 была опубликована статья «Купить тур и умереть в раю», в которой со слов П. была распространена не соответствующая действительности и порочащая деловую репутацию истца информация об аморальных действиях компании и ее сотрудников после трагической гибели туриста Б. во время путешествия на Гоа.
     По мнению истца, не соответствовала действительности и порочила деловую репутацию ООО «Санрайз тур груп» цитаты следующего содержания:
     «Единственное, чего мне не удалось, — это добиться правдивого заключения о смерти, — говорит Оксана. — Я должна была поехать в морг на опознание и вскрытие, но представитель «Санрайз-тур» меня туда просто не пустил. Точнее, не согласился взять с собой, прекрасно понимая, что попасть туда сама я просто не смогу: я осталась без денег, все наши деньги лежали на карточке у Саши. Я спорила с гидом до последнего, но, в конце концов, он сказал мне: «Вы туда не поедете!» — развернулся и ушел». Из чего следует, что истец в своей предпринимательской деятельности нарушает нормы морали и нравственности, в своих интересах скрывает правду о смерти туристов и самостоятельно препятствует ее выяснению.
     «В минуты откровений одна девочка из «Санрайза» (имени не скажу, не хочу ее подставлять) рассказала мне, что купаться здесь действительно небезопасно. Она рассказала, как незадолго до гибели Саши на наш пляж выбросило большую мурену, индусы били ее палками, но она уползла обратно в море. На мой вопрос «Почему же вы нас заранее не предупредили?» девочка честно призналась: «Я человек подневольный». Таким образом, истец в процессе своей предпринимательской деятельности сознательно не предупреждает туристов о наличии опасности в море в виде мурен, а также о работнике ООО «Санрайз тур груп» — А. (гид, с которым общалась П.), представляя ее нечестным человеком.
     «Промежуточный результат нашего расследования таков: как минимум одно из двух обвинений П. подтвердилось. Незаконное сокрытие от туристов информации о потенциальной опасности стало устойчивой практикой многих российских турфирм. Существует ли «хорошо отлаженный механизм замалчивания подобных трагедий», как утверждает Оксана, сказать пока трудно. Ответом на этот вопрос станут результаты повторной экспертизы гибели Б. Впрочем, сама Оксана в это не верит. Она уверена, что представитель «Санрайз-тур» летал в Гоа лишь для того, чтобы «решить вопросы» с индийскими медиками». Из этого следует, что истец в своей предпринимательской деятельности постоянно скрывает от туристов информацию о потенциальной опасности и ООО «Санрайз тур груп» направило своего представителя в Гоа для сокрытия истинных результатов экспертизы гибели туриста.
     Однако решением от 3 июля 2006 г. Арбитражного суда города Москвы в удовлетворении исковых требований было отказано.
     Отказывая в удовлетворении первого требования истца, суд сослался на пункт 6 ст. 152 ГК РФ, устанавливающий правило, согласно которому обратиться в суд с заявлением о признании распространенных сведений не соответствующими действительности можно в случае, если невозможно установить лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию гражданина. В данном случае лицо, распространившее сведения, которые, по мнению истца, порочат его деловую репутацию, известно.
     В отношении требования об обязании ответчика опубликовать опровержение сведений, распространенных в трех абзацах статьи «Купить тур и умереть в раю», суд указал на то, что истцом не доказан факт распространения в газете «Известия» от 03.02.2006 данных сведений. Рассмотрев смысловые конструкции указанных абзацев, заслушав очевидца данного события П., суд пришел к выводу о том, что речь в них идет о сотрудниках истца, а не о действиях юридического лица. Из отрывков не следует, что ООО «Санрайз тур груп» нарушает нормы морали и нравственности, в своих интересах скрывает правду о смерти туристов и самостоятельно препятствует ее выяснению. Кроме того, данные обстоятельства имели место в реальности. В отрывках статьи содержатся мнения (оценочные суждения) П. и автора статьи, которые опровержению не подлежат.
     С учетом положений статьи 33 АПК РФ суд не усмотрел оснований для прекращения производства по делу.
     В порядке апелляционного производства законность и обоснованность решения Арбитражного суда города Москвы от 3 июля 2006 года проверены не были.
     Кассационная инстанция также не нашла оснований для отмены судебного акта, обосновав следующим.
     В соответствии с пунктом 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
     Обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.
     Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи.
     Как видно из материалов дела, доказательства факта распространения указанных сведений в средствах массовой информации ответчиком не представлены.
     В материалах дела отсутствуют оригинал газеты «Известия», в которой была опубликована указанная статья, а копия распечатки с Интернет-сайта не заверена должным образом, на что обоснованно указал суд первой инстанции.
     В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.
     Следовательно, при рассмотрении дела суду, прежде всего, необходимо выяснить, какие из приведенных в исковом заявлении фрагментов статьи являются сведениями, а какие — мнением автора, поскольку только сведения, т.е. сообщения об имевших место фактах, могут быть проверены на соответствие их действительности.
     Что же касается оценочных суждений, мнений и убеждений, являющихся результатом психофизической деятельности индивидуума, таковые не могут быть проверены на предмет их соответствия действительности, так как являются выражением субъективного мнения и взглядов автора публикации.
     Проанализировав обстоятельства дела в совокупности с исследованными доказательствами, положениями статьи 152 ГК РФ и рекомендациями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3, суд первой инстанции сделал правильный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.
     Суд правильно оценил содержание отрывка статьи: «Промежуточный результат нашего расследования таков: как минимум одно из двух обвинений П. подтвердилось. Незаконное сокрытие от туристов информации о потенциальной опасности стало устойчивой практикой многих российских турфирм. Существует ли «хорошо отлаженный механизм замалчивания подобных трагедий», как утверждает Оксана, сказать пока трудно. Ответом на этот вопрос станут результаты повторной экспертизы гибели Б. Впрочем, сама Оксана в это не верит. Она уверена, что представитель «Санрайз-тур» летал в Гоа лишь для того, чтобы «решить вопросы» с индийскими медиками», — как субъективное мнение частного лица, которое не может быть ни проверено, ни опровергнуто.
     Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 3 лицо, которое полагает, что высказанное суждение или мнение, распространенное в СМИ, затрагивает его права и законные интересы, может использовать предоставленное ему пунктом 3 ст. 152 ГК РФ и статьей 46 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» право на ответ, комментарий, реплику в том же средстве массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку.
     Суд кассационной инстанции поддержал вывод суда о том, что в отрывке статьи: «В минуты откровений одна девочка из «Санрайза» (имени не скажу, не хочу ее подставлять) рассказала мне, что купаться здесь действительно небезопасно. Она рассказала, как незадолго до гибели Саши на наш пляж выбросило большую мурену, индусы били ее палками, но она уползла обратно в море. На мой вопрос «Почему же вы нас заранее не предупредили?» девочка честно призналась: «Я человек подневольный», — содержится информация, подтвержденная самой П. и не опровергнутая истцом, в связи с чем она не может быть признана не соответствующей действительности.

     Важно, что по искам, содержащим требования об опровержении сведений, распространенных в средствах массовой информации, возникает обязательное соучастие: в качестве ответчиков привлекается как сам журналист (автор материала), так и редакция соответствующего СМИ. Однако если при рассмотрении таких сведений имя автора не обозначено либо он воспользовался псевдонимом, по иску отвечает одна редакция.



1 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. В 3 т. / Том 1. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой. Постатейный. Изд. 3-е, перераб. и доп./ Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. — М.: Юрайт-Издат, 2007. (СПС КонсультантПлюс).

2 Там же.

3 http://www.ruj.ru/index_30.htm

4 Дело № КГ-А40/10061-06.


Назад в содержание
← 5.1.1. Плохое слово — «плагиат»5.2. От неполиткорректности до материалов экстремистского характера →


Типичный случай
Дело Коммерсант против Альфа-банка, 2004-2005гг.
На фоне набиравшего летом 2004 года темпы банковского кризиса, когда у нескольких российских банков были отозваны лицензии, ряд банков обанкротились, возник ажиотаж на наличные деньги – в отделениях банков и у банкоматов выстраивались очереди, газета «Коммерсант» № 121 7 июля 2004 года опубликовала статью «Банковский кризис вышел на улицы. Системообразующие банки столкнулись с клиентами».  »
Свобода прессы в практике Европейского суда по правам человека
Дело Хэндисайд (Handyside) против Соединенного Королевства, 1976г. В деле «Хэндисайд против Соединенного Королевства» ЕСПЧ следующим образом раскрыл принцип верховенства свободы слова: «Свобода выражения мнения является одной из фундаментальных основ демократического общества и одним из основных условий его развития и самосовершенствования каждой личности.  »

На сайте представлены документы российского и международного законодательства в сфере СМИ, образцы процессуальных документов, а также правоприменительная практика.

© 2009 Коллегия Адвокатов Павла Астахова